Быков Вениамин Дмитриевич. Часть 2. Харьковская операция

Исследование боевого пути Вениамина Дмитриевича Быкова в составе 1007-го и 680-го Стрелковых полков

 

Начало исследования о службе в 1007-м стрелковом полку находится здесь.
Третья часть исследования боевого пути Сталинградская битва.
Четвертая часть исследования боевого пути Курская битва.
Пятая часть исследования боевого пути Брянская наступательная операция.

 

680-й стрелковый полк

 

Судя по записи в военном билете, с мая по июль 1942 Вениамин Быков был в должности номера орудийного 76-мм. 680-й стрелковый полк (далее — 680-й СП) принадлежал 169-й стрелковой дивизии (далее 169-я СД), которая на тот момент входила в 28-ю армию и воевала в восточной Украине.

Помимо архивных документов за этот период есть книга «Под знаменем сивашцев. Боевой путь 169-й стрелковой Рогачевской Краснознаменной орденов Суворова II степени и Кутузова II степени дивизии (1941-1945)» за авторством В.П.Качура и В.В.Никольского (Москва, Военное издательство, 1989), в основе которой журналы боевых действий 169-й СД. Найти ее удалось только в Ленинской библиотеке.

 

Харьковская наступательная операция и контрнаступление противника

Командование Юго-Западного направления планировало в мае 1942 г. проведение в районе Харькова наступательной операции. Двумя сходящимися ударами в общем направлении на Харьков войска Юго-Западного фронта должны были окружить и уничтожить противника и освободить город… Из района Волчанска навстречу 6-й армии предполагалось нанесение удара соединениями 28-й армии…
 
Гитлеровское командование также готовилось развернуть под Харьковом 18 мая наступательную операцию под условным названием «Фридерикус-1» с задачей удержать Харьков, а потом овладеть местностью западнее р. Северский Донец, юго-восточнее Харькова, для последующего наступления через эту реку на восток…


 

Архив же сообщает, что в первых числах мая 1942 полк укомплектован примерно наполовину (1-й стрелковый батальон – 173 активных винтовок, 2-й – 114, 3-й — 193 при штатной численности стрелков — более 320 в каждом). Обеспеченность различными видами боеприпасов 0,5-0,8 боекомплекта. Пополнение боеприпасов происходит 8 мая. Пополнение личного состава было незначительное, 11 мая, т.е. непосредственно перед наступлением, 1-й стрелковый батальон насчитывает 200 активных штыков, 2 СБ – 169, 3-й – не известно).

……….

 

Еще в одном источнике — книге В.В.Коровина, А.Н.Манжосова, А.Д.Немцева, И.П.Цуканова «Победу приближали как могли. Боевые действия Брянского, Юго-западного фронтов и партизан против войск гитлеровской Германии и ее союзников в центрально-черноземном регионе РСФСР (октябрь 1941 -июль 1942гг.)» — уточняется следующее.

Начать наступление предполагалось 4 мая, но затем из-за опоздания с перегруппировкой и сосредоточением войск и несвоевременным поступлением пополнений из резерва Ставки было перенесено на 12 мая 1942 г.
 
Казалось, что успех предстоящей операции обеспечен. На это войска Юго-Западного направления нацеливали и задачи, поставленные в приказе Народного комиссара обороны СССР И.В. Сталина № 130 от 1 мая 1942 г.: «… Всей Красной Армии – добиться того, чтобы 1942 год стал годом окончательного разгрома немецко-фашистских войск и освобождения советской земли от гитлеровских мерзавцев».

«Под знаменем сивашцев»:

169-я СД, как и все войска 28-й армии, готовилась к наступлению. Части пополнялись людьми, вооружением и боеприпасами.
 
В ночь на 12 мая полки дивизии заняли исходное положение для атаки. По решению командарма генерала Д.И.Рябышева ближайшей задачей дивизии было прорвать оборону противника, уничтожить его в лесу юго-восточнее Терновая, Байрак, в дальнейшем наступать в направлении с. Липцы и овладеть им. В этом районе перед частями 169-й СД была мощная ситема обороны противника, состоящая из нескольких рядов проволочных заграждений, минных полей и ДЗОТов, с опорными пунктами и узлами сопротивления. Командир дивизии построил боевой порядок в два эшелона. В первом эшелоне справа наступал 556-й стрелковый полк, слева 680-й. Полкам придавалось по одному танковому батальону 84-й танковой бригады. 434-й стрелковый полк наступал во втором эшелоне дивизии за 556-м стрелковым полком…

Сориентирую на местности.


 

Согласно боевому приказу командира 680 СП от 11.5.42 батарея полковой артиллерии (ПА) закреплялась за 3-м стрелковым батальоном.

……….

 

Полагаю, что именно батарея ПА состояла из 76-мм пушек, а Вениамин Быков, напомню, при зачислении в полк значился номером орудийным 76-мм. В стрелковом полку имелась еще батарея противотанковой обороны (ПТО), состоящая из 45-мм пушек. Чаще всего разделение орудий ПА и ПТО было именно такое: 76-мм и 45-мм, но в силу оперативной обстановки на танкоопасных направлениях орудия 76-мм могли усиливать ПТО.

Далее буду поочередно приводить выдержки из архивных документов и цитаты из обеих книг.

Оперативные сводки штаба полка:

12.05.42 в 7.30 полк начал наступление. К 12.30 3-й СБ 680 СП вместе с батареей ПА находился на северо-западной окраине БАЙРАК, 1-й и 2-й СБ — на юго-западной окраине БАЙРАК. Противник оказывает сопротивление из леса на северо-западе и юго-западе БАЙРАК.

«Под знаменем сивашцев»:

Ожесточенные бои развернулись за Байрак, где наступал 680-й СП. Первым в село ворвался 3-й батальон. Противник контратаковал его… За 3-м батальоном ворвались в Байрак 1-й и 2-й батальоны, завязав уличные бои. К исходу дня Байрак был освобожден.

Оперативные сводки штаба полка:

13.05.42 Полк наступает, достиг треугольника дорог и высоты 226. Потери полка: убито 12 человек, ранено 98. Трофеи – 35 винтовок.
 
14.5.42 Полк наступает, достиг высоты 200,9. К исходу дня овладел ВЕСЕЛОЕ. Потери: ранено — 95, убито – 3.

«Под знаменем сивашцев»:

680-й СП 14 мая с утра вел бой за село Веселое. Утром 15 мая 556-й СП и 680-й СП продолжали развивать наступление на Липцы и к исходу того же дня овладели господствующими высотами на подступах к селу.

«Победу приближали как могли»:

14 мая 1942 г. дивизии 28-й армии продвинулись на 6-8 километров и вышли к тыловому рубежу противника, проходившему по правым берегам рек Харьков и Муром. Части 169-й стрелковой дивизии вели ожесточенные бои в районе села Липцы. Наступил момент ввода в прорыв подвижной группы, состоящей из 3-го гвардейского кавалерийского корпуса под командованием генерал-майора В.Д. Крюченкина и 38-й стрелковой дивизии полковника Н.П. Доценко. Однако из-за плохой организации управления войсками, группа не успела своевременно сосредоточиться в указанном районе.


 

Далее в архивных документах оперативные сводки штаба полка есть не за каждый день:

16.5.42 Полк обороняет высоту 203,6. Боеприпасы на исходе.

«Под знаменем сивашцев».

Боевые порядки дивизии, особенно подразделений, ворвавшихся в Липцы, непрерывно бомбила Гитлеровская авиация. Противник бросил в атаку и танки из соединений армейской группы «Клейст». Их удар оказался настолько сильным, что левофланговая 244-я СД вынуждена была начать отход, открыв тем самым фланг 169-й СД.
 
Противник воспользовался этим. На рассвете 16 мая после артиллерийской «обработки» боевых порядков его мотопехота при поддержке 100 танков контратаковала левый фланг дивизии.
 
Несмотря на героическое сопротивление воинов, остановить врага не удалось. С 17 по 20 мая противник продолжал теснить части дивизии, которые отходили в северо-восточном направлении, заняв оборону по левому берегу реки Большая Бабка, оставив Липцы, Терновую, Веселое. Противник бросал против советских частей свежие резервы. Он достиг превосходства над 28-й армией и заставил ее перейти к обороне по левому берегу р. Северский Донец… 21 мая под ударами авиации и танков врага дивизия отошла в район урочища Ладицкое, где и заняла оборону.

«Победу приближали как могли».

На 17 мая 1942 г. задача северной группы оставалась прежней: разгромить вклинившуюся танковую группировку противника. С раннего утра 17 мая после короткой артиллерийской подготовки танки 3-й и 23-й немецких дивизий, поддерживаемые цепями пехоты, атаковали стыки 21-й, 28-й и 38-й армий. Наиболее тяжелая обстановка сложилась в полосе 169-й и 175-й дивизий 28-й армии, которые находились на стыке 21-й армии. Стало ясно, что наступление советских войск на Харьков находится под серьезной угрозой. Военный совет и командование Юго-западного направления не предприняло мер для остановки наступления и защиты южного фланга наступающей группировки.

Оперативные сводки штаба полка (очевидно, после отступления была предпринята контратака):

19.5.42 Полк достиг высоты 207,0 и был вынужден окопаться. В 1-м СБ — 27 активных штыков, во 2-м СБ – 66, в 3-м – 76.
 
22.5.42 Полк отошел и занимает рубеж северо-восточнее села Дегтяревка. 1 СБ – 62 активных штыка, 2-СБ – 71, 3-й — 116 [видимо, был немного пополнен — прим. neznam]

«Под знаменем сивашцев».

24 мая дивизия дивизия была отведена в резерв 28-й армии, приводила себя в порядок и получала пополнение.
 
29 мая дивизия … сменила части 21-й армии в четырехкилометровой полосе Нихотеевка, Муром, а затем в пятикилометровой полосе западнее г. Волчанск.

Оперативные сводки штаба полка:

24.5.42 Полк сдал рубеж, отведен юго-восточнее села Избицкое, соприкосновения с противником не имеет.
 
26.5.42 Прибыло пополнение.
 
27.5.42 Полк совершил марш по маршруту Старица – Огурцово – Старая Таволжанка.
 
28.5.42 Полк занял оборону от села Муром до села Архангельское

«Победу приближали как могли».

Исход всей Харьковской операции был трагичен. К началу операции в войсках Юго-Западного фронта и правого крыла Южного фронта насчитывалось 765 300 человек. Потери советских войск составили 277 190 чел. (безвозвратные — 170 958, санитарные – 106 232), что составляло 27,6 % личного состава… Так потери личного состава … в 28-й армии – 24 507 чел. (100 танков и 62 орудия)

 
Как видно из этих данных, пополнение 169-й стрелковой дивизии происходило в начале и в конце мая, т.е. перед наступательной операцией на харьковском направлении и после контрудара немцев. Пока невозможно точно сказать, в какой момент Вениамин Быков прибыл в 680-й стрелковый полк. Но с этого этапа он однозначно уже был в строю.
 

«Победу приближали как могли».

К 4 июня 1942 г. всеми видами разведки подтверждалось сосредоточение большого количества танков и пехоты на стыках 21, 28 и 38-й армий… На появление ударных группировок противника указывалось и в боевом распоряжении Главкома Юго-западного направления от 4 июня 1942 г. Несмотря на это, полосы обороны 175-й и 169-й стрелковых дивизий 28-й армии растягивались. Так для 556-го и 680-го стрелковых полков 169-й дивизии участки обороны определялись по 20 километров. В резерве за левым флангом 169-й стрелковой дивизии располагался 434-й стрелковый полк. Полк в ходе наступательной операции под Харьковом понес большие потери, его укомплектованность в людях и боевой технике не достигала и 30 процентов штатной численности.
 
«…Правое крыло армии, где оборонялась 169-я стрелковая дивизия, внушало серьезные опасения. Эта дивизия являлась боевым, испытанным во многих боях соединением, Командовал им очень опытный, тактически грамотный командир полковник Самуил Миронович Рогачевский. Под стать ему были командиры полков и батальонов… Но оборона на широком фронте никогда не может быть прочной и достаточно жесткой.» — вспоминал генерал Д.И. Рябышев.

«Под знаменем сивашцев».

На рассвете 10 июня после получасовой артиллерийской подготовки и авиабомбежки расположений частей дивизии и ее соседей 113-я и 336-я пехотные дивизии противника перешли в наступление, прорвав фронт на стыке с левофланговой дивизией. 169-я СД под давлением превосходящих сил противника начала отходить через Волчанск в восточном направлении и 13 июня закрепилась на рубеже Бударка, Черняково. Здесь она вместе с 226-м артиллерийским полком вела оборонительные бои до 30 июня, изматывая и уничтожая живую силу врага.

Сюда вклиню воспоминания командующего 28-й армией генерала Рябышева о его телефонном разговоре с командующим 196-1 СД Рогачевским:

— Докладываю по порядку справа. На участке 556-го стрелкового полка — от Шебекино до Боткино — относительно спокойно, идет редкая артиллерийско-минометная стрельба с обеих сторон. От Боткино до северной окраины Мурома, на участке обороны 680-го стрелкового полка, — ад кромешный. Люди в окопах и блиндажах. Командир полка и командиры батальонов ничего не видят со своих наблюдательных пунктов из-за дыма и пыли После артиллерийского и авиационного налета ждут атаки танков. К отражению готовы.
 
— Велики ли потери, что доносят командиры?
 
— Сейчас об этом сказать не могу. Все прижаты к земле. Доложу позже.

Также он приводит объемный, но интересный рассказ командира одной из стрелковых рот:

Положение было очень тяжелым. Тем не менее бойцы и командиры не теряли присутствия духа, сражались самоотверженно. Поздно вечером 10 июня на командном пункте 57-й танковой бригады я встретил командира 4-й роты 680-го полка 169-й стрелковой дивизии старшего лейтенанта Николая Смирнова, которого попросил рассказать о только что отгремевшем бое. Небольшого роста, с чуть тронутыми серебром висками, он говорил не торопясь, устало, как человек, крепко поработавший:
 
— Моя рота обороняла безымянные высоты восточнее деревни Нехотеевка. Первый и второй взводы растянулись на два километра, имея окопы и ходы сообщения на западных скатах этих высот. Третий взвод я расположил в глубине участка на высоте, вытянутой с юго-востока на северо-запад. Через эту высоту проходила причудливо изгибавшаяся опушка кустарника, позволявшая хорошо замаскировать противотанковые средства. После артиллерийской и авиационной подготовки немцы перенесли огонь в глубину. Осмотрелся я и не узнал свой участок. Все было в оспинах воронок от снарядов и авиабомб. Подал команду: «Приготовиться к отражению атаки противника!» К счастью, телефонная связь с командирами 1-го я 2-го взводов работала, а в третьем взводе сам находился. Из деревни Нехотеевка выползло 20 танков, за ними бежала пехота. На глаз определил — не менее двух батальонов. «Ну, — думаю, — для одной роты это не так-то мало. Дело будет жаркое!» Гляжу, немецкие танкисты открыли огонь с ходу. И минометы продолжают обстрел…
 
Доложил я обстановку командиру батальона и скомандовал взводным: «Отсекайте пехоту от танков, прижимайте ее к земле! Пусть танки идут в глубину обороны!» О потерях не было времени спрашивать, танки находились уже в трехстах метрах от позиций. Часть из них стала обходить фланги роты, а за ними просочились гренадеры; танки же, которые надвигались на середину участка роты, остались без пехоты, ее отсекли, прижали к земле пулеметчики Иван Пахомов, Владимир Мельников, Семен Оглоблин, Михаил Донец из взводов Демченко и Кучука. Вступили в бой и наши бронебойщики. Почти одновременно запылали два танка. Их подбили Петр Шило, Леонид Черняховский, Павел Мирошников и Иван Серов.
 
Но вот танки приблизились к окопам третьего взвода. Палят из пушек и пулеметов, хотя не видят противотанковых орудий, так, наугад, чтобы страху нагнать. И тут прервалась связь с командирами первого и второго взводов. Что у них там делается, не знаю, но вижу, что автоматчиков за танками нет. Наконец заговорили наши противотанковая батарея и бронебойщики. Два танка зачадили прямо перед нашим окопом, остальные мчатся… Пригнулся я, инстинктивно втянул голову в плечи. Чувствую, что надо мною бронированная махина. Забарабанили по спине комья земли. Какой-то миг длилось это, но ощущение, скажу вам, товарищ генерал-лейтенант, очень неприятное. Когда танк промчался, я поднялся. Смотрю — боевые машины с крестами в пашем тылу. Но бронебойщики подбили еще две. Это сделали наводчики Петр Тимофеев и Василий Середкин.
 
Потом снова налетели пикирующие бомбардировщики. Рев моторов, вой бомб, разрывы, дым, пыль — все смешалось. Стало темно. Солнце померкло. Сколько продолжалась бомбардировка, не помню. Когда пыль начала рассеиваться, остатки стрелковых взводов старшего сержанта Демченко и сержанта Кучука стали отходить под прикрытием пулеметов. Бойцы на ходу отстреливались от наседавших фашистов. Я послал к командирам взводов связных с приказом: занять оборону на опушке. К этому времени связи с комбатом уже не было, боеприпасы кончились. Что делать? Продолжать борьбу до тех пор, пока нас не раздавит противник? Или, пока не потерял управления ротой, начать отход? Из двух орудий противотанковой батареи одно раздавлено танком. Осталось одно бронебойное ружье… И я решил отходить к Северскому Донцу на Старую Таволжанку, отбиваясь от гитлеровцев. Подходим к Старой Таволжанке, а там уже немцы! Повернул роту на село Огурцово, но и там были фашисты… Лесными тропами повел людей на Старицу. Не дошли до Старицы трех километров, узнаем, что и там фашисты! Что делать? Смотрят на меня бойцы. Решил перенравиться через Северский Донец у мыса, что в трех километрах северо-восточнее Старицы. И вот вышли к Синельникове, встретились с 57-й танковой бригадой…
 
Так закончил рассказ старший лейтенант Смирнов.

«Победу приближали как могли».

10 июня 1942 г. на правом фланге 28-й армии гитлеровские танковые соединения нанесли удар в направлении на Волчанск и далее на Волоконовку с целью выхода к р. Оскол. Основной удар в полосе 28-й армии пришелся по правофланговым 169-й и 175-й стрелковым дивизиям. Как отмечал генерал Д.И. Рябышев: «Рогачевский (командир 169-й стр. дивизии – Авт.) доносил: вслед за огневым валом на участке высоты 173,3, восточной окраины села Муром 680-й стрелковый полк атакован пехотной дивизией с танками. Бойцы 2-го батальона этого полка … встретили немцев дружным огнем… Противник несколько отошел… После этого появилось до 70 пикирующих бомбардировщиков. Они подвергли ожесточенной бомбежке всю глубину боевого порядка полка. Бойцы под натиском превосходящих сил гитлеровцев начали отходить к урочищу Старое и селу Старая Таволжанка… Подразделения 680-го полка оставили левый берег Северского Донца от Боткино до Старой Таволжанки.
 
Некоторые историки (в частности, В.В. Бешанов) по поводу в воспоминаний Д.И. Рябышева высказывают злую и далеко необоснованную критику, обвиняя командующего армией в неумении вести оборону. «Не выдержав сильного удара превосходящих сил противника — у Рябышева сидели в обороне за водной преградой 8 стрелковых и 3 кавалерийские дивизии в два эшелона, 1 мотострелковая, 7 танковых бригад; у Москаленко 8 стрелковых дивизий, 3 мотострелковые бригады и 6 танковых – 28-я армия начала отходить на восток…».
 
Ради объективности необходимо отметить, что, по мнению И.В. Сталина, генерал Д.И. Рябышев, был «слаб, но что он мог сделать, если вы (Маршал С.К. Тимошенко – Авт.) не дали ему танков и дали противнику возможность прорваться своими танковыми группами в тыл 28-й армии…» Ведь на Волчанском направлении гитлеровские танковые силы имели значительное превосходство, что обеспечивало успех наступления.
 
К утру 11 июня части 169-й стрелковой дивизии 28-й армии, так и не получившие подкреплений, были выбиты из Волчанска.
 
12 июня войска 28-й армии продолжали попытки атаковать противника, но никаких результатов, кроме новых потерь, достигнуто не было. 13 июня немецкие танки, овладев селом Пролетарское, создали угрозу командному пункту 28-й армии. В результате отхода штаба армии было потеряно управление войсками.
 
13 июня 1942 г. Маршал С.К. Тимошенко, начальник штаба Юго-западного направления генерал И.Х. Баграмян и член Военного Совета дивизионный комиссар А.И. Кириченко докладывали И.В. Сталину и заместителю начальника Генерального Штаба генерал-лейтенанту П.И. Бодину о положении войск 28-й армии: «……Нужно прямо сказать, что части 28-й армии, плохо управляемые Рябышевым и его штабом, в течение трех дней сильно деморализованы воздействием и беспрерывными налетами мощной авиации противника и требуют решительных мероприятий по приведению их в порядок. Сам Рябышев окончательно деморализован, бросил армию и прибыл к 16.00 без всякого спроса в штаб фронта под видом устройства своего командного пункта и доложил Военному совету до крайности тяжелую обстановку армии, причем место нахождения ни одной дивизии точно определить не мог….»

Приведенное выше описание событий характеризует ситуацию в стратегическом масштабе, а в оперативном подробностей крайне мало. Документы 680-го СП практически отсутствуют, а в имеющихся события не описываются.

……….

 

В этих двух документах сообщается, что 10 июня в 2 часа 00 минут полк занимает прежнюю позицию, а 12 июня в 14.00 описывается новая позиция, при этом указано, что сведений о противнике штаб полка не имеет. В эти же дни командир 434 стрелкового полка, входившего в ту же 169 стрелковую дивизию, сообщает об активных наступательных действиях противника.

13 июня занимаемое положение 680-го СП — то же, дополнительно отмечается, что во 2-м стрелковом батальоне (далее — СБ) 38 активных штыков, в 3-м СБ — 31 (это около 10% от штатной численности). Упоминается учебный батальон стрелковой дивизии.

Утром 14 июня командир соседнего 434 СП сообщает в штаб дивизии, что «680 СП свое положение не занял и имеется разрыв 3 км«. Далее в 13 часов того же дня командир 680 СП радиограммой сообщает, что «учебный и 1-й стрелковый батальоны заняли оборону согласно приказу. Противника перед фронтом нет, слышится орудийная стрельба в районе 434 СП«. В 16.30 докладывается, что «противника не замечено, связи с соседом слева нет» (это как раз 434 СП). В 18.30 сообщается, что «противник усиливает пулеметный огонь«.

В боевом распоряжении от 20.06.42 указывается, что с 14.6.42 противник приостановил наступление и перешел к обороне. Полк занимает оборону на линии Бударки – Черняков. Активных штыков: 1-й СБ – 41, 2-й – 47, 3-й – 46.

 
26.6.42 Полк пополнен, активных штыков: 1-й СБ – 275, 2-й – 285, 3-й – 320.

«Победу приближали как могли».

Крайне тяжелая обстановка складывалась в полосе 28-й армии генерала Д.И. Рябышева. Во второй половине дня 30 июня 1942 г. под давлением авиации и танков 169-я и 13-я гвардейская дивизия 28-й армии начали отходить с боем. Докладывая маршалу С.К. Тимошенко об обстановке, командарм генерал Д.И. Рябышев настойчиво просил командующего фронтом передать в его резерв одну стрелковую дивизию и две танковые бригады, которые забрали накануне. Все шесть стрелковых дивизий 28-й армии в обороне имели одноэшелонное построение, в них оставалось не более 25 процентов штатного личного состава. В резерве у командарма ничего не оставалось, а отсутствие резервов не давало возможности влиять на ход сражения…
 
3 июля 1942 г. генерал-лейтенант Д.И. Рябышев получил срочный приказ: сдать командование 28-й армией командиру 3-го кавкорпуса генералу В.Д. Крюченкину и с членом Военного Совета Н.К. Попелем отбыть в распоряжение Юго-западного фронта и в дальнейшем Ставки ВГК. По мнению большинства военных историков руководящий состав 28-й армии (генерал-лейтенант Д.И. Рябышев и бригадный комиссар Н.К. Попель) не относились к числу талантливых военачальников. Неизвестно, насколько тут виноваты обстоятельства и действия вышестоящих начальников из штаба Юго-Западного фронта, но следует признать, что многие операции, проводимые под руководством генерала Д.И. Рябышева (в том числе и на посту командующего Южным фронтом летом – осенью 1941 г. – Авт.), не заканчивались успехом.
 
О состоянии частей 21-й, 28-й и 38-й армий, вышедших из окружения, можно судить по боевому донесению штаба Сталинградского фронта начальнику оперативного управления Генерального Штаба Красной армии о боевом и численном составе армий. Так … в трех дивизиях 28-й армии, вышедших из окружения было 1364 чел

Документов 680 СП за июль 1942 в опубликованных архивах пока нет. Но опять хотя бы общее представление о ситуации дает командир 434 СП.

1 июля 1942: «нарочный в Грушевку прибыл. Мальчевский отошел. В Грушевке противник»… и чуть позже «связи с 680 СП нет, высланные конники вернулись без результата».

2 июля 1942: «Противник перешел в наступление в т.ч. на соседа слева – 680 СП с направления Пятницкое, Орлиный«.

4 июля 1942: первый документ с начала июля от командира 680 СП — «Противник повел наступление до батальона пехоты с артиллерией, танками шесть штук, подходят еще танки, которые делают прорыв по дороге. Прорвав оборону, подходят к колхозу. Самолеты вывели лошадей из строя, расстреляв их. Нет возможности вытащить орудия«. При этом интересен и сам документ. Видно, что в конце почерк становится совсем неразборчивым. Так и представляются, как в военном кино, люди пригибающиеся от грохота взрыва и все сыплется с потолка на стол с картой.

И в этот же день опять командир 434 СП: «Люди Мальчевского [командир 680 СП — прим. neznam] отошли через мою оборону«.

8 июля 1942: «Мальчевского найти не могу. Конники не нашли«.

Такие донесения подтверждают данные о дезорганизации управления войсками. В течение июня и первых чисел июля под под очень серьезным натиском танковых частей 169 СД отошла на 200 км на восток.

По сообщению опять 434 СП с 8 июля они были выведены из боев и в течение недели совершили марш за Дон.

«Под знаменем сивашцев».

2 июля по приказу командарма-28 генерала В.Д.Крюченкина 169-я СД, ведя сдерживающие бои, отходила в направлении Волоконовка, Россошь.
 
11 июля под непрерывными налетами вражеской авиации и танковыми ударами дивизия переправилась через Дон в район Богучар, Казанская, Вешенская, вышла из боев и отошла к 15-21 июля вдоль левого берега Дона в район с. Песковатка.

Документ 680 СП датирован 24.07.42 и в нем сообщается, что «полк прибыл в станицу Кумылженкая [это в Сталинградской области посредине между Доном и Волгой — прим. neznam]… Отставших нет, потертостей нет«. А 30.06.42 есть аналогичный документ о прибытии в с. Ерзовка на берегу Волги севернее Сталинграда.

«Под знаменем сивашцев».

27 июля дивизия сосредоточилась в районе Ерзовки, севернее Сталинграда, а затем была переведена в резерв Ставки Верховного Главнокомандования. 12 августа она расквартировалась в Харабалинском районе Астраханской области. После пополнения личным составом, вооружением и боевой техникой 169-я стрелковая дивизия была готова к новым боям.

К этому моменту вместе со всеми вспомогательными и тыловыми службами полк насчитывал 957 человек. На марше отстало 22 человека.
 
 

Как видно из этих документов и воспоминаний, 169-я стрелковая дивизия и 680-й стрелковый полк как составная ее часть оказывались в ходе наступательной операции на харьковском направлении и при последующем контрнаступлении противника на самых сложных участках фронта. Какого-либо акцента на действиях артиллерии (а Вениамин Быков, напомню, в это время был номером орудийным 76-мм пушки) в описании боев не делалось. Учитывая, что против советских стрелковых дивизий на этом направлении действовали танковые части, совершенно понятно, что обстановка была крайне сложной. 76-мм пушки, практически универсальные, способны вести огонь как прямой наводкой по танкам, так и с закрытых огневых позиций. Приведу воспоминания артиллериста 685 ЛАП Семена Симкина (полностью я их опубликую в боевом пути Анатолия Ветрова): «Я помню примерно 7-8-танковых атак. Это скажу я вам страшное дело. На танкоопасном участке, две батареи дивизиона выдвигались на прямую наводку, а две оставались на закрытых позициях. … Из леса вышли несколько немецких танков, на разведку боем. Два танка подбили. Пехотные разведчики поползли вперед, и по возвращении доложили, что в лесу свыше двадцати немецких танков готовятся к атаке. Мы как об этом узнали, начали прощаться друг с другом, понимая, что это для нас верная смерть. Из прошлого горького опыта все знали, что если на батарею идет больше 3-х танков, то батарее — «каюк», «кранты», и так далее. Как правило каждое орудие успевало перед гибелью поразить только один танк противника. В целом, любой бой с танками считался для нас, как бы правильно выразиться…, скажем так — «последний и решительный бой»«. В этом рассказе речь идет об артиллерийском дивизионе, состоящем из 4 батарей 76-мм. В состав же стрелкового полка входила только одна батарея 76-мм орудий и две батареи 45-мм орудий.

 

Наводчик 120-миллиметрового миномета

 

Видимо, с этого времени в полку появляется батарея 120-миллиметровых минометов, до этого никогда в документах полка не упоминавшаяся. Вениамин Быков занимает должность номера орудийного минометчика 120-мм миномета. Поскольку в этой должности он и пройдет до самого конца войны, расскажу поподробнее о месте минометчиков в структуре стрелкового полка.

Приведу структуру стрелкового полка РККА.


 

Вениамин Быков служил в батарее 120-мм минометов, которая входила в полковую артиллерию. Но в полку были и другие минометы, в составе стрелковых батальонов, рот и даже взводов.


 

120-мм полковой миномет предназначался для поражения живой силы и огневых средств противника, а также для проделывания проходов в проволочных заграждениях и минных полях. Большая крутизна траектории полета мин позволяла уничтожать закрытые цели, не поражаемые огнем стрелкового оружия и артиллерийским настильным огнем. Уже первые бои показали, что 120-мм миномет является не только «оружием ближнего боя», но и мощнейшим огневым средством пехоты, особенно при нехватке артиллерии. «Лучшего «дворника» для очистки окопов от близко расположенного противника, чем миномет, и искать не надо», — писала в 1943 году газета «Красная звезда», называя минометы опорой пехоты в ближнем бою.

120-мм миномет
 

Основными элементами конструкции полкового миномета являлись: ствол, двунога-лафет, опорная плита и прицельные приспособления. В боекомплект миномета входили 120-мм минометные мины: осколочно-фугасная стальная; осколочно-фугасная чугунная; фугасная стальная; дымовая чугунная; зажигательная чугунная; осветительная. Наибольшая дальность стрельбы осколочно-фугасной чугунной миной массой 15,9 кг составляла 5900 м . Боевые выстрелы к 120-мм миномету состояли из мины, взрывателя, хвостового патрона и 5 дополнительных зарядов. Для перевозки миномета был разработан колесный ход с механизмом подрессоривания, который прицеплялся к передку с боеприпасами. Перевозка миномета производилась четырехконной запряжкой. Миномет на колесном ходе мог транспортироваться также в прицепе за автомашиной со скоростью до 35 км/ч.

120-мм миномет
 

Миномет мог вести огонь при углах вертикальной наводки от 45° до 80°. Мина оставляла воронки глубиной до 1,5 м . Начальная скорость полета мины достигала 272 м/с. Расчет миномета состоял из 6 человек: командир, наводчик, заряжающий, установщик (он проверял стойку миномета и устанавливал положение взрывателя на мине) и 2 подносчика (при перевозке на лошадях они же были ездовыми).

Масса в боевом положении — 275 кг
Длина ствола – 1860 мм
Скорострельность – до 15 выстр/мин
Наибольшая дальность стрельбы — 5900 м
Дальность прямого выстрела – 450 м

расчет 120-мм миномета

расчет 120-мм миномета

расчет 120-мм миномета
 

Большие потери материальной части советской артиллерии в первые месяцы Великой Отечественной войны крайне остро поставили вопрос о необходимости резкого увеличения производства 120-мм минометов, поскольку при сопоставимой массе боеприпасов полковой миномет образца 1938 года был в девять раз легче и примерно во столько же раз дешевле близкой к нему по калибру 122-мм гаубицы образца 1938 года. Группа конструкторов во главе с Б.И. Шавыриным получает задание разработать упрощенный миномет, который при сохранении боевых характеристик 120-мм миномета образца 1938 года имел бы более простую конструкцию, меньшую трудоемкость и высокую технологичность изготовления. Упрощенный миномет образца 1941 года по боевым характеристикам не уступал штатному, а по некоторым показателям даже превосходил его. Его производство было освоено уже в конце 1941 года, что позволило на том же оборудовании увеличить выпуск минометов в 1,8 раза. Трудоемкость производства удалось сократить почти вдвое, а расход материалов – на 26%. Упрощенный миномет не комплектовался колесным ходом и передком, поэтому его можно было перевозить в кузове автомашины вместе с расчетом и боеприпасами. В 1943 году 120-мм полковой миномет претерпел еще одну модернизацию, которая была проведена конструкторским коллективом под руководством А.А.Котова. Ее целью было при сохранении и повышении боевых и эксплуатационных характеристик сделать конструкцию миномета еще более технологичной и менее трудоемкой.

 
С июля 1942 Вениамин Быков служил наводчиком 120-мм миномета батареи 120-мм минометов 680-го стрелкового полка, входящего, напомню, в 169-ю стрелковую дивизию. В этом заключается большая сложность дальнейшего повествования. Дело в том, что основная масса документов, свидетельств, воспоминаний о боевом пути стрелкового полка, о героизме солдат, об участии с сражениях и боевых операциях описывает действие стрелковых подразделений — пехоты, что в общем-то естественно, а минометчики (как и многие другие) остаются в тени. В журналах боевых действий дивизии и документах полка они упоминаются крайне редко и вскользь. Чтобы найти хоть что-то я просмотрел более 3 тысяч (!) наградных листов, выбирая из них относящиеся к минометчикам 120-мм батареи. Всего я нашел таких 147 наградных листов, касающиеся 93 человек. Я собрал максимум подробностей из них в один файл. Но даже в них деталей очень мало, в основном только общие фразы. Видимо, лица, ответственные в штабе за оформление наградных документов, были формалистами (в противоположность, например, штабистам 685-го Легкого артиллерийского полка, которые все события описывали очень ярко и подробно). Поэтому описывать я буду боевой путь полка, останавливаясь на ярких эпизодах и акцентируя внимание на батарее 120-мм минометов, если такая информация будет попадаться.

 
 
Итак, с августа по октябрь 1942 года 169-я стрелковая дивизия проходила пополнение личным составом и материальной частью под Астраханью. Командованию дивизии предстояло срочно доукомплектовать все части и привести их в боеспособное состояние. Пополнение прибыло из госпиталей, Астраханского пехотного училища, Ташкентских пулеметно-минометного и кавалерийского училищ, запасных частей. Началась напряженная учеба по 12 часов в сутки. Велись занятия по по политической, тактической, огневой, строевой, химической, саперной, санитарной подготовке, рукопашному бою и плаванию.

Именно в это время сформирована батарея из шести 120-мм минометов, подчинена начальнику артиллерии полка. Помимо минометной ему подчинена батарея полковой артиллерии (ПА), состоящая из 76-мм пушек, и батарея противотанковой обороны (ПТО) из 45-мм пушек.

 
 
23.10.42 680-й стрелковый полк погрузился в эшелоны на станции Ашулук и отправился по маршруту Харабали — Баскунчак — Сталинград.
 
Работа над дальнейшими этапами боевого пути продолжается.
 

Начало исследования о службе в 1007-м стрелковом полку находится здесь.
Третья часть исследования боевого пути Сталинградская битва.
Четвертая часть исследования боевого пути Курская битва.
Пятая часть исследования боевого пути Брянская наступательная операция.

Источники:

1. Портал «Память народа»
2. В.П.Качур и В.В.Никольский. Под знаменем сивашцев. Боевой путь 169-й стрелковой Рогачевской Краснознаменной орденов Суворова II степени и Кутузова II степени дивизии (1941-1945). — М.: Воениздат, 1989
3. В.В. Коровин, А.Н. Манжосов, А.Д. Немцев, И.П. Цуканов. Победу приближали как могли. Боевые действия Брянского, Юго-западного фронтов и партизан против войск гитлеровской Германии и ее союзников в центрально-черноземном регионе РСФСР (октябрь 1941 -июль 1942гг.)
4. Рябышев Д. И. Первый год войны. — М.: Воениздат, 1990
5. Виртуальный музей Победы

 
 

6 комментариев к “Быков Вениамин Дмитриевич. Часть 2. Харьковская операция

  1. Фантастическая по масштабам работа! Если учесть, что эту работу выполнил Не профессиональный историк! Просто преклоняюсь перед нашим народом, в котором есть такие люди.
    Именно так бережно относиться к истории своей семьи и своего народа нужно нам всем. Время уходит, и надо его сохранять. Только написанная история останется историей. Безмерное спасибо за такие публикации!

  2. Здравствуйте, в 2012 году я привезла из ЦАМО пофамильные списки раненных бойцов 680 сп 169 сд за июль месяц 1943 года. Сканы. Там порядка 600 имен и этих данных нет в ОБД Мемориал и Память Народа. Если Вам нужны для дальнейшей работы, напишите, я отправлю по электронной почте.

    1. Здравствуйте! Буду очень признателен. Пришлите, пожалуйста, на admin (собака) neznam.ru

  3. ищу деда Решнов Павла Иванович 1902 года рождения воевал 680 стрелковом полку 169 стрелковой дивизии пропал без вести май месяц 1942 года по Харьковом

    1. Добрый день, Василий.
      Я не останавливаюсь в поисках подробностей боевого пути 680 СП. Если в каких-то документах встречу информацию о Павле Ивановиче, я обязательно вам сообщу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *